x
channel 9
Автор: Лев Мадорский Фото:Проект Викимедиа

“Нелепые глаголы” и “чёрные слова”, или Как иудаизм относится к сквернословию?

“Заговори, чтобы я увидел тебя”
(Сократ)

Так назывался русский мат до ХIV века. Сегодня количество синонимов “нелепым глаголам” и “чёрным словам” зашкаливает: ругань, ненормативная лексика, брань, сквернословие и, просто, мат. Можно сказать с уверенностью, что окрашенная или загрязнённая (кому что больше нравится) этими синонимами речь чрезвычайно популярна, особенно, в мужском исполнении, на шестой части суши. В научных работах на эту тему (Любопытно, что наиболее полное исследование по россйскому мату сделал еврей, советский математик и, одновременно, лингвист Ю. И. Левин) учёные подсчитали, что в России человек в среднем за свою жизнь употребляет ненормативную лексику 230 тысяч раз. Как удалось вывести такую цифру не совсем понятно, но вполне могу предположить, что она не преувеличена…


Лекция в Магдебурге

В том, что учёных филологов тема интересует не только в России, убедился сам. Лет десять назад приятель сказал, что на факультете славистики Магдебургского университета, где училась его дочь, состоится публичная лекция доктора филологических наук: “Нецензурные слова в русском языке”. Известие о пикантной теме быстро распространилось среди русскоязычных и, несмотря на то что лекторша (средних лет, в очках, вполне академического вида) говорила по-немецки, большая, студенческая аудитория была переполнена. Действительно, спектакль получился достойный Жванецкого. Профессор славистики с невозмутимо серьёзным выражением лица употребляла в незашифрованном виде, хотя и с немецким акцентом, слова из трёх, пяти и другого количества букв, а зал, во всяком случае его русскоязычная часть, покатывался со смеху. Иногда уровень необычного для научной лекции “покатывания” превышал дозволенные децибелы и профессорша останавливалась, строго, с искренним недоумением оглядывала зал и на какое-то время воцарялась тишина, прерываемая нервными взрывами особенно смешливых.

Из лекции я узнал, что первое упоминание о “нелепых глаголах” было найдено археологами в берестяной грамоте XII века. Лекторша с дотошной скрупулёзностью перечислила эти слова и стало ясно, что “чёрные слова”, которые раньше без цензурных проблем наполняли русские былины, благополучно выжили и вошли в лексикон не только одесских биндюжников ХХ-ХХI в. в, но и значительной части россиян других профессий.


Мат в литературе допустим

Такой точки зрения, например, придерживается режиссёр элитной московской “Студии театрального искусства” Е. Жаневич, поставивший постмодернистскую, насыщенную ненормативной лексикой поэму в прозе Венедикта Ерофеева “Москва-Петушки”: “Что касается мата, то это часть нашей жизни, истории, культуры, русского языка, и никуда мы от этого не денемся.” Примерно, также считает Юз Алешковский, написавший повесть “Николай Николаевич” (исповедь вора-карманника, 2015), в которой ненормативных слов кажется больше чем нормативных: “Хотелось бы, чтобы некоторые из вас поверили, что так называемая ненормативность речи персонажей не следствие языковой распущенности автора, а художественная необходимость…” Жаневича и Алешковского можно понять. Было бы, по меньшей мере, странно, если бы в произведениях писателей, старающихся приблизиться к правде жизни, их герои (уголовники, подростки в колонии, бомжи и т. п.) выражались бы литературным языком.

Видимо, такого же мнения придерживаются не только Ерофеев и Жаневич, но и Солженицын: “Один день Ивана Денисовича” (1962 г.), В. Пелевин “Чапаев и Пустота” (1996), В. Сорокин “Голубое сало” (1999), А. Галич, Э. Лимонов, Ю. Буйда, Э. Севела, некоторые другие авторы.

Даже в стихах А. Пушкина, я уже не говорю о переписке его с друзьями, встречаются “мужские” выражения:

С утра садимся мы в телегу;
Мы рады голову сломать.
И, презирая лень и негу,
Кричим: пошел! Еб*на мать!
(Телега жизни)

Тот же мат вспоминает Н. Некрасов:

Выпил русского настою,
Услыхал “е…ну мать”,
И пошли передо мною
Рожи русские писать.

Такого рода стихи можно встретить и у Есенина, Маяковского, Северянина. На мой взгляд, мат, если он, как пишет Алешковский, “связан с художественной необходимостью”, а не с желанием искусственно подперчить текст, чтобы привлечь читателя-любителя остренького, допустим. Совсем другое дело…


Мат в жизни

В нашей семье, например, хотя мы жили в коммуналке с соседями, для которых мат-перемат был с детства родным языком, даже слово “жопа” было под запретом. Мама была недовольна, когда я приносил с улицы нецензурные выражения: “Лёва, это грязь, это помои и нечистоты. В доме им не место. Да и на улице не надо купаться в грязи”. Так я с детства привык не употреблять матерные слова. Мешало (ет) ли это мне в общении с людьми? Да, мешало и, подчас, мешает. Особенно мешало в детстве, так как вырос я во дворе, где говорить с употреблением мата для мальчишек было негласным пропуском в дворовый мир. Антиматовое чистоплюйство (не говорю уже о появлении во дворе с папкой для нот) делало меня белой вороной, не давало влиться как полноправный член в мальчишеское сообщество. Но пересилить себя и отказаться от полученных в семье стереотипов я не смог. Ни в детстве, ни позже… Знаю людей, которые матюкаются только тогда, когда это помогает им лучше вписаться в окружение, сойти за своего. И это тоже у меня, как правило, не получалось. Может быть поэтому заядлые матерщинники, разговаривая со мной, переходили на нормативный язык…

Любопытно, что аллергия на мат проходит, когда ты попадаешь в экстремальную ситуацию. Помню, как уже будучи студентом Гнесинского училища шёл по улице с сокурсницей и мы, стараясь показать друг другу какие мы умные и начитанные, вели рафинированную беседу о поэзии Блока. Вдруг на наших глазах автомобиль сбил женщину, переходящую улицу. И тут я неожиданно для себя, разразился трёхэтажным, виртуозно-изорщрённым матом, явно не рассчитанным на девичьи уши. Я даже не подозревал, что знаю такие словосочетания. Это был неконтролируемый выброс откуда-то из подсознания. Может быть, в подобных трагическо-напряжённых ситуациях просыпаются в нас древние, генетические корни и только матом мы можем выразить вулканический всплеск эмоций. Где-то читал, что когда расшифровывают “чёрный ящик” попавшего в аварию самолёта, то последние слова у пилота матерные.

Почему, вообще, люди матерятся? Иногда у малообразованных, малочитающих матерщинников не хватает запаса слов и мат им помогает точнее выразить эмоции. Но я встречал употребляющих мат не только среди маргиналов, но и среди вполне интеллигентных, образованных людей. Мне кажется, что у них это связано с желанием упростить отношения, подчеркнуть, что они легко перешагивают внешние условности и что не в этих надуманных условностях суть.


Мат в иврите

Это любопытная тема. Хотя бы потому, что новорождённый иврит возник из языка Книги, где матерные слова не встречаются. Если в древнем иврите и были матерные слова, то они были навсегда потеряны. Означает ли это, что в современном иврите нет “матюков”? Вовсе нет. Часть пришла от российских репатриантов, а часть от арабского языка. Если верить словам знакомого израильтянина, с которым я консультировался по этому “важному” вопросу, то самое популярное ивритское ругательство изящно зашифровано под… “кибенемать”. Простенько и со вкусом… Как и в России, некоторые политические деятели даже в публичной лексике употребляют это ругательство, чтобы подчеркнуть близость к простому народу.

В Торе, Талмуде и других Писаниях формального запрета на употребление матерных слов нет, но, возможно, таковым можно считать неоднократные призывы к евреям следить за чистотой языка: “Стереги язык свой от зла и уста свои от лживых слов“(Тегелим, 15). Или в Талмуде ещё более определённо: “Из-за греха сквернословия приходят многие беды и новые несчастья и юноши Израиля умирают” (Шабат 33а).


Сквернословие ранит

Мировой день борьбы с ненормативной лексикой не искусственно придуманная дата. Потому что мат это не просто проявление бескультурья, но и своего рода оружие. Оружие, которое оскорбляет, ранит, и даже, в определённом смысле, калечит. Особенно детей. Эта связь точно подмечена в пословице: “Слово лечит и калечит”. Доброе слово может действительно залечивать душевные раны, а злое приносит боль и страдание. Не будем недооценивать силы как добрых, так и злых слов. Как писал Л. Толстой: “Всякая мысль, выраженная словами, есть сила, действие которой беспредельно”.

Источник: "МАСТЕРСКАЯ"

Автор: Лев Мадорский

Музыкант и писатель. Пишет на темы русскоязычной иммиграции
comments powered by HyperComments