channel 9
Автор: Михаил Лобовиков Фото: 9 Канал

111 лет Гельсингфорской программе — "русской революции" в сионизме

Чтобы признать Иерусалим столицей еврейского государства, надо было это государство создать. Не будем забывать, как это произошло.

111 лет назад – 6 декабря 1906 г. в Гельсингфорсе – закрылась 3-я Конференция сионистов России, ставшая ключевой вехой в истории сионизма. Решения, принятые на этой конференции, вошли в историю как "Гельсингфорская программа", определившая цели всего сионистского движения – и способы их достижения.

Если 1-й Конгресс в Базеле был знаковой декларацией, то после Гельсингфорса сионистское движение превратилось уже в работающий механизм национального возрождения.

И для понимания важности этого перехода надо напомнить события, которые обсуждались в Гельсингфорсе. Конференция была созвана для выработки позиции Сионистского движения России по двум вопросам – по ситуации, сложившейся после погромов и особенно после революции 1905 г., и по итогам разногласий внутри самого движения после кризиса с "планом Уганды".

Уход активной части еврейства России в революционную деятельность вследствие ухудшения положения евреев, рост антисемитизма и погромы на его фоне поставили Сионистское движение перед необходимостью предпринять шаги по защите положения народа в странах рассеяния до тех пор, пока национальное государство не будет создано.

Этот вопрос – как организационно строить работу по сплочению и защите еврейства до создания государства - практически не обсуждался на первых сионистских конгрессах.

Конференция в Гельсингфорсе (созванная в Финляндии, подальше от глаз и ушей охранки) заслушала доклады лидеров движения, посвященные описанию кризиса, и их предложения по дальнейшей работе. На конференции был впервые сформулирован принцип "синтетического сионизма" - сочетающего дипломатическую работу по созданию государства с непосредственной деятельностью по его созданию в Эрец-Исраэль.

Этот принцип предполагал, что только соединяя два вида усилий – дипломатии и практической работы – можно приблизить признание целей сионизма и создать государство. Под практическими шагами подразумевались скупка земель в Эрец-Исраэль, создание поселений и других фактов "на местности". Их комбинация должна была генерировать энергию национального возрождения и активно влиять на создание государства.

На конференции был принят целый ряд резолюций, вкупе названных "Гельсингфорской программой". Редактором программы был Зеэв Жаботинский, не раз потом заявлявший, что именно работа над программой в Гельсингфорсе во многом сформировала его взгляды на цели и пути развития сионизма!

Программа состояла из 6 пунктов:

1. призыв к расширению практической работы в Эрец-Исраэль;

2. определение политической платформы, подтверждающей верность Эрец-Исраэль и ее заселению евреями вне зависимости от политической ситуации (здесь-то и был сформулирован синтетический подход к слиянию политической деятельности с практической работой);

3. национально-политические требования по защите прав евреев диаспоры в странах рассеяния – как с целью защиты гражданских прав, так и для отвлечения их от революционного авантюризма;

4. ближайшие действия организации по этим вопросам;

5. организационный вопрос – меры по открытию сионистского движения для как можно более широких слоев и групп еврейства России.

Конференция избрала Центральный Комитет в составе семи человек: Юлиус Бруцкус, братья Борис Гольдберг и Ицхак-Лейб Гольдберг, Лев Яффе, д-р Иосеф Лурье, д-р Даниэль Пасманик, адвокат Шимшон Розенбаум. Местопребывание Центрального Комитета определили в Вильно, где была наиболее активная организация сионистов.

Таким образом, в Гельсингфорсе российские сионисты выработали план конкретной работы сионистского движения. Этот план был через полгода подтвержден на четвертом съезде сионистов России в Гааге в августе 1907 г. – накануне 8-го Сионистского конгресса, созванного там.

На самом же конгрессе Гельсингфорскую программу представил Хаим Вейцман, изложивший позицию российских сионистов, составлявших половину(!) из 400 депутатов: "Мы должны сказать народу, что он достигнет своей цели лишь в том случае, если уже сегодня начнет освоение принадлежащей ему страны. И мы признаем, что это есть средство, ведущее к цели, но разница в том, что мы считаем прежнее, т. н. политическое, сионистское движение односторонним… Я стою за синтез обоих моментов. Я знаю только один путь. Конгресс должен дать Исполнительному комитету определенную инструкцию: стремиться к достижению "чартера" [одобрения держав мира на создание еврейского государства, как предлагал Герцль] - но как следствия нашей работы в стране. Если мы теперь получим "чартер", он будет только листом бумаги, но если мы будем работать в Палестине, он будет написан нашей кровью и нашим потом и будет прочен".

Иехиэль Членов, один из главных лидеров российского сионизма, прибыл на Конгресс после празднования 25-летия основания Ришон ле-Циона. В своей речи он сказал: "Здание, которое мы хотим воздвигнуть для нашего народа, должно быть грандиозным и требует тяжелой работы. Но истекшие 25 лет доказали, что материал прочен и годен для созидания. Только одного еще нет в достаточной мере - твердой народной воли. "Народ может, если он хочет", - сказал на одном из наших конгрессов наш покойный незабвенный вождь. Еврейское народное дело теперь зависит только от одной воли еврейского народа. И она появится, она должна появиться. Наша задача - пробудить ее!"

Благодаря "Гельсингфорской программе" 8-ой Сионистский конгресс во многом стал поворотным моментом в истории всего Сионистского движения. На нем впервые присутствовали депутаты из Эрец-Исраэль – представители рабочих движений "Поалей-Цион" и "Хапоэль ха-цаир" – все выходцы из России. Один из них, Ицхак Бен-Цви, а также Хаим Вейцман потом стали президентами Израиля.

Нахум Соколов, будущий "отец" декларации Бальфура, вынес предложение о признании иврита официальным языком сионистского движения. Другой российский сионист – Шмарьягу Левин – выступил с докладом по итогам создания гимназии "Герцлия" - первой в мире еврейской школы, где все обучение велось на иврите. И первой школы будущего Тель-Авива, созданного в следующем, 1909-м году. (Мы не должны забывать, что гимназия "Герцлия" стала первым общественным зданием первого еврейского города…)

Создание Израиля стало возможным благодаря преданности делу национального возрождения и упорству российских сионистов, собравшихся сегодня 111 лет назад в заснеженном Гельсингфорсе. Приехавших туда из разных городов и местечек России, после погромов и революции.

Чтобы мечтать о возрождении страны и ее столицы в Иерусалиме, в такой ситуации нужна необычной силы вера в дело сионизма и преданность национальным идеалам. И именно благодаря этому Иерусалим сегодня – признанная столица Израиля. И останется таковой.

Автор: Михаил Лобовиков





Комментарии для сайта Cackle