channel 9

Автор: Александр Непомнящий Фото:Алена Ив

“Натив”: долгий путь к цели

В начале августа стало известно, что следующим директором израильской службы “Натив” станет Нета (Наталья) Пелег-Брискин. В отличие от всех предыдущих руководителей этого израильского госучреждения, имевших опыт работы в спецслужбах или в дипломатической сфере, Пелег-Брискин пришла из министерства туризма, где занимала ряд высокопоставленных должностей, в том числе была советником по туризму посольства Израиля в Москве и главой департамента Министерства туризма Израиля в России и СНГ.

Чтобы лучше понять “революционность” состоявшегося назначения, стоит подробнее вернуться к шестидесятипятилетней истории этого израильского ведомства, предпочитавшего до последнего времени оставаться в тени, как можно меньше привлекая к себе общественное внимание.


Дом Яакова, давайте пойдем во свете Господнем (Исайя, 2:5)

Израильская служба “Натив”, также известная как “Лишкат ха-Кешер” (на иврите – “Бюро по связям”), была основана в 1952 году по инициативе первого главы еврейского государства Давида Бен-Гуриона легендарным Реувеном Шилоахом (Засланским), стоявшим у истоков создания израильских спецслужб, и первым руководителем так называемого “Ведомства разведки и специальных задач” (“Моссад”).

По сути “Натив” стал преемником сионистской организации “Моссад ле-Алия Бет”, созданной в конце 30-х годов прошлого века и занимавшейся нелегальной доставкой евреев в подмандатную Палестину вопреки запрету британских властей, которые, уступив арабскому давлению, препятствовали еврейскому стремлению вернуться на свою историческую Родину.

С провозглашением в 1948 году независимого государства Израиль репатриации евреев из стран Запада уже ничего не препятствовало. Однако легальный выезд в Еврейское государство из арабских стран, не признавших право на его существование, был закрыт. Проблематичной, а то и вовсе невозможной оставалась и репатриация из стран “Восточного блока”, власти которого по идеологическим соображениям старались жестко пресекать чьи бы то ни было попытки покинуть “социалистический рай”, с их точки зрения, самим своим фактом дискредитирующие имидж соцлагеря.

При этом продолжение существования возникшего за четыре года до этого Израиля, находящегося во вражеском арабском окружении, напрямую зависело от количества населения. Однако волна репатриации, состоявшая преимущественно из сионистских энтузиастов и бывших узников нацистских гетто и лагерей, возникшая сразу после провозглашения Еврейского государства, резко пошла на убыль. Большинство евреев западного мира вовсе не торопилось променять свой комфортный быт на жизнь в бедном новорожденном государстве с карточной системой распределения значительной части продуктов первой необходимости.

Зато в СССР – второй по величине еврейской диаспоре после США, где количество еврейского населения достигало трех миллионов, — и его восточноевропейских сателлитах потенциал для репатриации был куда более реальным. Кроме того, послевоенная политика Сталина в отношении евреев становилась все более откровенно антисемитской, что также вызывало в Израиле, ощущающем себя в значительной мере ответственным за судьбу всего еврейского народа, нарастающую тревогу за будущее советского еврейства. Не меньшая угроза нависла и над почти миллионом евреев, проживавших в арабских странах.

В руководстве Израиля пришли к выводу, что добиться спасения всех этих людей открытыми политическими мерами не удастся. Поэтому при “Моссаде” было создано два отдела: тот, что отвечал за поддержку связи с евреями арабского мира и помощь в их переезде в Израиль, был назван “Бицур”, развитие же репатриации из СССР и других социалистических стран Восточной Европы были возложены на “Билу”.

“Билу” происходило от первых букв библейского стиха: “Бейт Яаков, льху ве-нилеха” (“Дом Яакова, давайте пойдем”), указывающего на главную цель – возвращение евреев на историческую Родину, а также совпадающего с названием известного движения еврейских сионистских первопроходцев, возникшего в конце XIX века в Российской империи. Возглавил “Билу” Шауль Авигур (Мееров), харизматичный уроженец Двинска, руководивший до этого организацией “Моссад ле-Алия Бет”.

К середине 1950-х годов, когда стало окончательно ясно, что вызволение евреев СССР и стран соцлагеря займет долгие годы, работу отдела “Билу” было решено выделить в совершенно независимую службу, переименованную в “Натив”, что означает на иврите “тропа” или “путь”. Но вряд ли даже те, кто стояли у истоков создания этой службы, могли предположить, к каким судьбоносным и масштабным изменениям в конечном итоге приведет ее деятельность.


А теперь иди, и Я пошлю тебя к фараону (Шмот, 3:10)

Перед “Нативом” были поставлены ясные цели – установить и поддерживать контакты с евреями Советского Союза и других восточноевропейских социалистических стран, способствовать развитию еврейского национального самосознания и обеспечивать возможность для репатриации. При этом, поскольку еврейская жизнь в Советском Союзе, наладившаяся было после окончания Второй мировой войны, оказалась практически полностью задавлена и уничтожена Сталиным, абсолютное большинство секуляризованных и ассимилированных советских евреев на тот момент было очень далеко от мыслей о возможном переезде в Израиль.

Следует заметить, что, хотя формально “Натив” и входил в число израильских разведслужб, его сотрудникам было запрещено вести сбор информации, не касающейся положения и настроения евреев или отношения к ним властей, а также заниматься деятельностью, наносящей ущерб советскому государству. Задачи службы сводились исключительно к стимуляции выезда евреев в Израиль. Тем не менее, учитывая то, что сионизм был запрещен в СССР еще в 1928 году, а изучение иврита пресекалось в рамках антирелигиозной борьбы, деятельность службы с самого начала воспринималась советскими властями с большим подозрением.

Деятельность “Натива” можно условно разделить на три периода, совпадающие с изменениями в отношениях между Израилем и Советским Союзом: полуподпольный от момента создания и до 1967 года, когда власти СССР инициировали разрыв дипломатических отношений с Израилем, совершенно нелегальный, продолжавшийся вплоть до горбачевской перестройки, и уже полностью официальный с начала 90-х годов.

В первые 15 лет существования “Натива” его сотрудники входили в штаты израильских посольств в Москве и других столицах социалистических стран. Встречаясь с евреями в синагогах, на культурных мероприятиях, на курортах и на частных квартирах, они распространяли информацию об Израиле, снабжали изданиями на идише и иврите, газетами и журналами, специально подготовленными на русском языке, картами Израиля, другой справочной литературой и музыкальными записями. Одновременно “Натив” старался поддерживать и еврейскую религиозную жизнь, обеспечивая молитвенниками, другими необходимыми атрибутами, а иногда оказывая и финансовую помощь.

Для расширения кругозора евреев об Израиле “Натив” активно использовал визиты культурных, научных и спортивных делегаций из Израиля и стран Запада, посещавших международные конференции, семинары, кинофестивали, книжные ярмарки, выставки, спортивные соревнования и другие мероприятия, чтобы передавать с ними материалы о Еврейском государстве. Нередко во встречах с советскими евреями и передаче им информационных материалов принимали участие и приезжавшие в СССР деятели мировой культуры.

Все это вызывало резкое сопротивление советских властей, считающих работу “Натива” националистической и антисоветской деятельностью. Советские органы госбезопасности вели наблюдения за сотрудниками “Натива”, высылали, объявляли персонами нон грата, преследованиям подвергались и участники еврейского движения. Все же до 1967 года “Натив” имел возможность действовать на территории СССР и стран соцлагеря.


Слушай, Израиль… (Дварим, 6:4)

Однако после сокрушительной победы Израиля над арабскими соседями в ходе Шестидневной войны, когда Советский Союз, а вслед за ним и другие страны сателлиты, за исключением Румынии, разорвали дипломатические отношения с Еврейским государством, деятельность “Натива” стала совершенно нелегальной.

Тем не менее на протяжении последующих более чем двух десятилетий передачу информации об Израиле советским евреям удавалось продолжать, действуя теперь через иностранных туристов и участников различных делегаций из стран Запада – как евреев, так и неевреев, а также израильтян, обладавших не только израильским гражданством, а потому имевших возможность посещать СССР.

“Натив” также инициировал создание специального книжного издательства “Библиотека-Алия”, выпускавшего книги по еврейской тематике на русском языке, и вещание русскоязычного радиоканала “Голос Израиля”.

Были налажены способы материальной поддержки еврейским активистам, в первую очередь семьям “Узников Сиона” (“отказникам”), которым власти не позволяли уехать в Израиль, подвергая преследованиям и гонениям.

При этом “Натив” четко продолжал придерживаться линии отказа от участия в антисоветской деятельности, подчеркивая, что еврейские активисты в СССР должны заниматься исключительно еврейскими проблемами и не сотрудничать с диссидентским движением, стремящимся изменить режим.

Шаг за шагом пробуждалось и возрождалось национальное самосознание советских евреев. Со второй половины 60-х годов в городах с высокой концентрацией еврейского населения стали возникать сионистские кружки, которые объединяли евреев, желающих уехать в Израиль. Участники этого еврейского подполья организовывали проведение еврейских национальных и израильских праздников, знакомились с информацией об Израиле, изучали иврит, историю и культуру еврейского народа, еврейскую традицию. Они же проводили митинги в местах массовых расстрелов евреев, печатали и распространяли еврейский самиздат, добиваясь разрешения на репатриацию, составляли письма и обращения в советские и международные организации, организовывали собрания, семинары и демонстрации.

Для подавления всей этой еврейской активности при Пятом управлении КГБ был даже сформирован специальный отдел по “борьбе с враждебной сионистской деятельностью”. Советская антиеврейская и антиизраильская пропаганда использовала и так называемые “активные мероприятия”, то есть дезинформацию, “грязные трюки” и т. д.

Тем не менее, несмотря на преследования и давление со стороны властей, количество евреев, желающих покинуть Советский Союз, к началу 1970-х годов неуклонно продолжало расти. Советское руководство, однако, противилось еврейской репатриации, теперь уже не столько из идеологических соображений, сколько по политическим причинам. Арабские страны, ставшие союзниками СССР, категорически возражали против усиления Израиля притоком репатриантов.


Отпусти народ мой (Шмот, 7:16)

В самые первые годы своей деятельности для организации репатриации из восточноевропейских стран, таких как Польша или Венгрия, “Натив” нередко использовал откровенно нелегальные методы. Евреев вывозили в багажниках машин или специально оборудованных тайниках. В Румынии евреев банально выкупали, выплачивая взятки непосредственно высшему руководству страны. Так, лично президенту Чаушеску были переведены сотни миллионов долларов.

Однако для организации массового выезда евреев из Советского Союза подобные способы, очевидно, никуда не годились. Поэтому в “Нативе” ясно осознавали необходимость создания политических рычагов давления на советскую власть.

Еще в 1955 году по инициативе интеллектуала и публициста Биньямина Элиава (Любоцкого) при “Нативе” был создан особый отдел “Бар”, который и возглавил Элиав. Задача, возлагавшаяся на “Бар”, состояла в привлечении и мобилизации международного общественного внимания к праву на репатриацию для евреев Советского Союза и стран Восточной Европы, организации борьбы за него и координации этой деятельности в странах свободного мира.

К этому моменту в Израиле уже четко уяснили, что Советский Союз избрал курс на сближение с арабскими странами и конфронтацию с Еврейским государством. В то же время новое правительство Хрущева, пытавшееся наладить отношения с Западом, чувствительнее, чем раньше, относилось к своему имиджу за пределами стран соцлагеря и потому было куда более восприимчиво к критике. Одним словом, в Израиле решили взломать ворота СССР для еврейской репатриации, акцентируя внимание мировой общественности на нарушении права евреев на свободный выезд. При этом израильское правительство совершенно не было заинтересовано в том, чтобы вина за возрастающую из-за этой борьбы напряженность между Западом и “советским блоком” легла бы на Еврейское государство. Для этого требовались навыки и методы спецслужбы, которой и являлся “Натив”.

Сотрудники “Натива” развернули свою деятельность не только в странах Западной Европы и США, но и в Латинской Америке, Канаде, Австралии и Новой Зеландии. Их задача заключалась в том, чтобы в каждой из этих стран местные еврейские общины, интеллектуалы, публичные деятели и политики стали бы давить на свои правительства, чтобы те в свою очередь добивались бы от советских властей предоставления евреям права на выезд в Израиль.

К 1958 году глава “Натива” Авигур пришел к выводу, что именно США обладают достаточным потенциалом влияния на Советский Союз, и с этого момента основная деятельность “Бара” была сосредоточена именно там. Сотрудники “Натива” обеспечивали западные СМИ информацией о советском еврействе, убеждали представителей интеллектуальной и политической элиты выступать с публичными осуждениями дискриминации прав евреев в Советском Союзе, способствовали проведению посвященных этому вопросу конференций.

Так, неизменно оставаясь в тени, “Натив” к 1970 году сумел за 15 лет своей деятельности в достаточной мере подготовить американское общественное мнение, сделав проблему права на репатриацию советских евреев одной из важных в международной повестке дня.

Митинги, демонстрации и другие акции, проходящие в США и других западных странах под библейским лозунгом “Отпусти народ мой”, постепенно побуждали все больше лидеров демократических стран присоединяться к требованиям об освобождении советских евреев.

Поэтому, когда советские власти в начале 1970-х развернули показательные процессы против еврейских активистов, добивающихся возможности выехать в Израиль, международное общественное мнение было уже достаточно подготовлено, чтобы обеспечить мощное осуждение и реакцию, вынудившую в итоге советское правительство пойти на уступки. Железный занавес дал трещину, евреи стали выезжать из СССР.

Примерно в то же время начали сказываться результаты влияния эмиссаров “Натива” и на американскую политическую систему. В 1974 году конгрессменами Генри Джексоном и Чарльзом Вэником была инициирована поправка к Закону о торговле США, ограничивающая торговлю со странами, препятствующими эмиграции, а также нарушающими другие права человека. Спустя несколько лет вопрос о свободном выезде советских евреев стал уже постоянной темой на переговорах американских и советских лидеров.


И водил Он их по пустыне сорок лет (Бемидбар, 32:13)

В итоге во многом именно деятельность “Натива” обеспечила развернувшуюся в конце 80-х годов прошлого века массовую репатриацию советских евреев в Израиль. Кропотливая, подчас казавшаяся совершенно безнадежной работа, продолжавшаяся на протяжении четырех десятилетий, сложилась, словно элементы пазла, в единую картину. Подобно Моисею, в течение сорока лет выводившему еврейский народ из пустыни и рабства на свободу, “Натив” вывел советское еврейство на древнюю национальную Родину.

К этому времени сотрудники службы уже снова вернулись в Москву, работая с 1988 года в штате израильских дипломатов, действующих при Голландском посольстве. А с начала 1990-х деятельность “Натива” на территории России и стран СНГ стала полностью легальной. Правда, в первой половине 1990-х “Нативу” еще довелось использовать свои прежние методы для эвакуации еврейских семей из зон локальных конфликтов на Кавказе и Средней Азии. В то же время основной деятельностью службы с этого момента стала полностью легальная консульская работа по выдаче виз для граждан России и стран СНГ, желающих воспользоваться “правом на возвращение” и выехать в Израиль на постоянное место жительства. Кроме того, “Натив” также развернул на постсоветском пространстве ряд культурных проектов.


И построят дома, и жить будут, и насадят виноградники (Исайя, 65:21)

На протяжении последней четверти века деятельность службы “Натив” перестала быть секретной и выходящей за рамки обычного дипломатического или культурного ведомства.

В связи с этим в Израиле уже не раз возникала общественная дискуссия о том, не стоило бы, распределив нынешние функции “Натива” между израильским МИДом и международными еврейскими организациями вроде Еврейского Агентства, закрыть службу. Но каждый раз “Нативу” удавалось вновь отстоять свое право на существование.

“Хотя от спецслужбы, – считает известный израильский политолог д-р Зеев Ханин, – у “Натива” остались разве что пунктуальность и высокая организованность, резко контрастирующие с обычным для многих израильских ведомств балаганом, сохранение этой структуры имеет немалый смысл”.

По мнению Ханина, исторически сложилось так, что именно сотрудники “Натива” обладают необходимым профессиональным опытом и знаниями для того, чтобы эффективно разбираться с документами при выдаче виз в Израиль на постоянное местожительство.

“За исключением России и стран СНГ, – объясняет политолог, – во всем остальном мире человек, желающий воспользоваться израильским законом о возвращении и получить гражданство, приносит документ от своей еврейской общины, подтверждающий его связь с еврейским народом. Многие из этих общин существуют столетиями, и таким образом возможность злоупотребления законом о возвращении в этом случае минимальна. Но на постсоветском пространстве, где общины были уничтожены после революции и начали возрождаться лишь в последние два десятилетия, ситуация совершенно иная. Поэтому здесь проверкой документов должны заниматься те, кто знакомы с особенностями местной специфики. А это как раз сотрудники “Натива”, накопившие в этом вопросе более чем полувековой опыт”.

“Со временем, – заключает Ханин, – по мере все большего развития еврейских общин на постсоветском пространстве нельзя исключить того, что “Натив” постепенно станет частью МИДа. Тем не менее, на сегодня, его существование в качестве отдельного ведомства совершенно оправданно”.

Тут следует заметить, что в последнее время и на Западе начинают возникать проблемы с доказательством еврейства потенциальных репатриантов, являющихся уже третьим поколением, отдаленным от еврейской традиции и общин. Поэтому, возможно, опыт работы службы “Натив” в конечном счете окажется востребованным и в других регионах мира.

Так или иначе, новые назначения в руководстве “Натива” ясно отражают положительные изменения в отношениях между странами и отношении российских властей к еврейской деятельности, равно как и окончательное превращение прежней спецслужбы в обычное государственное ведомство. Между Израилем и Россией больше нет противостояния. И хотя политические интересы двух стран чаще всего далеки от совпадения, между государствами налажены четкие каналы политического диалога и совместной работы, принятые в цивилизованном обществе.

Другими словами, сегодня Израилю для защиты еврейских интересов в России или других странах постсоветского пространства уже не нужно использовать партизанские методы. А назначение бывшего советника по туризму на роль руководителя этой организации позволяет предположить, что последний флер секретности, окутывающий “Натив”, уже снят.

Источник: "МОСКВА ИЕРУШАЛАЙМ"

authorАвтор: Александр Непомнящий

Публицист