channel 9

Автор: Юрий Легков Фото:9 Канал

Легко о том, что всегда может быть хуже

Очень хотелось написать о русскоязычных израильтянах, но о них (нас) пишут многие, а вот о пенсиях никто не пишет, хотя надо. Сложилась ситуация, которая — на мой взгляд — во-первых, ставит жирный крест на всех мечтаниях о решении так называемой "пенсионной проблемы", а во-вторых, является причиной серьезных опасений относительно возможности доработать хотя бы до пенсионного возраста и заработать приемлемую пенсию.

Начну с более простого — пенсионной проблемы. До сих пор борьба за увеличение ВЫПЛАТ для тех, кто по тем или иным причинам не заработал пенсию в Израиле, велась против министерства финансов. Мол, министерство должно выделить деньги, а если не выделяет, значит, не хочет решать проблему репатриантов, которые в старости вынуждены влачить нищенское существование, так как работодатели не откладывали им деньги в пенсионный фонд.

С этим все понятно, но на сегодняшний день пенсионная проблема в Израиле является намного более всеобъемлющей, о чем много говорится, и к этому уже нельзя отнестись просто как к новостному заголовку: расходы "Битуах Леуми" (Службы национального страхования) превышают доходы, при этом расходы на выплату пособий по старости - одна из основных статей - 26 миллиардов в 2015 году или 39% от общей суммы выплат.

С каждой трибуны подчеркивается, что через 30 лет у "Битуах леуми" просто закончатся деньги на выплаты всех видов пособий и государству придется так или иначе изыскивать резервы, потому что количество пожилых и нуждающихся в уходе людей будет только расти.

К примеру, доля пособий по старости вырастет с 39% от общей выплаты пособий в 2015 году до 43,5% в 2045 году. Объемы выплат пособий по уходу за обездвиженными больными увеличатся за этот период вдвое: с 7,3% до 14,5%.

На этом фоне ожидать, что кто-то примет решение выделить еще несколько миллиардов в год на повышение пособий по старости именно репатриантам… Скорее всего пожилым репатриантам придется решать свои проблемы самим. В принципе, далеко не прозрачный намек на это был получен в конце прошлого года.

Вторая проблема, более серьезная и касающаяся пенсионного будущего каждого из нас, возникла при появлении на свет законопроекта об отмене обязательного пенсионного возраста - это совместная инициатива главы парламентской фракции "Сионистский лагерь" Мейрав Михаэли и главы коалиции, депутата от партии "Ликуд" Давида Битана.

В принципе, совместное творчество этих двух депутатов, одна их которых занимает жесткую позицию популистского феминизма, а другой не делает того, что ему невыгодно, заставляет нервничать еще до изучения самой инициативы.

В чем же состоит эта инициатива? Сегодня пенсионный возраст можно разделить на два уровня. Первый уровень – денежный. Возраст, позволяющий начать получать пособие по старости: у мужчин 67 лет, у женщин пока 62 со стремлением поднять до 64. На этом уровне пожилые люди начинают получать пособия, либо могут отсрочить их, получая каждый год надбавку. Получая пособие, можно продолжать работать, не теряя право на него при определенном уровне заработка. После 70 лет можно уже зарабатывать сколько хочешь, это не влияет на размер пособия.

Второй уровень говорит о занятости. Согласно закону от 2004 года, возраст 67 лет — как для мужчин, так и для женщин — является обязательным пенсионным возрастом, что дает право работодателю обязать работника выйти на пенсию. Михаэли и Битан усмотрели в этом социальную несправедливость, и не только они. Еще в 2012 году суд по трудовым конфликтам постановил, что при увольнении работника, достигшего пенсионного возраста, но желающего продолжать работать, работодатель должен предоставить после собеседования дополнительные веские причины, которые не позволяют пожилому человеку продолжать работать на прежнем месте.

В том же году БАГАЦ отклонил иск профессоров Техниона, требующих отмены обязательного выхода на пенсию, а в 2013 и в 2016 годах подобные законопроекты уже предлагались депутатами Кнессета от оппозиционных партий.

На первый взгляд, действительно социальный законопроект: если работник хочет и может работать, то почему он должен уходить? Тем более сегодня, когда 67 — это еще далеко не старость.

Проблема в том, что все это только на первый взгляд. Закон мог бы считаться просто бесполезным, если бы не заложенный в нем потенциальный ущерб для всех работников частного сектора. Прежде всего, нигде не написано, что работник должен уйти. Согласно закону, работодатель имеет право заставить его уйти, но если работник действительно ценный, то он вполне может продолжать работать.

Проблема возникает тогда, когда речь идет о работнике, который дорого стоит, который уже ничего не дает организации и от которого невозможно было избавиться до этого.

Догадались? Правильно речь идет о неувольняемых работниках в госсекторе. Фактически этот закон окончательно увековечивает их занятость, если только медицинская проверка не покажет, что им пора домой. Не случайно в 2012 году иск был подан профессорами: зачем им уходить на пенсию? А при отсутствии новых ставок их "вечное" присутствие перекрывает в дорогу в академические круги молодежи.

В чем опасность для работников частного сектора? Нас просто никто не будет держать до 67 лет. Зачем работодателю усложнять себе жизнь, посылать работника на медицинские проверки, изыскивать причины для увольнения (не дай бог сказать, что увольняешь из-за возраста), если можно уволить его еще в 58? Или 55?

В частном секторе все просто: бери компенсацию и иди домой. И никакой суд не вернет тебя обратно. Естественно, как я уже сказал, если ты не являешься ценным работником, а большинство из нас таковыми не являются.

Так что это еще один замечательный законопроект, который призван помочь тем, у кого и так все хорошо. А всем остальным может стать хуже, потому что Михаэли и Битан вместе могут этот закон протолкнуть.

Автор: Юрий Легков

Экономический обозреватель, сотрудник финансового журнала НЭП (nepmag.co.il)