channel 9
Автор: Лина Городецкая Фото:предоставлено автором

Бени Кикис. Помнить. И жить - во имя жизни

Я вновь пришла в этот дом спустя пятнадцать лет. Февральский воздух в Кармиэле был прозрачен и чист. В уютном палисаднике жили своей жизнью дворовые гипсовые гномики, журчал негромкий фонтан, цвели яркие не по-зимнему цветы. Кармиэльская зима хороша для цветов.



А пятнадцать лет назад весна ушла из этого дома. Ушла в тот страшный день, 19 февраля 2002 года, когда недалеко от Рамаллы, на блокпосту Эйн- Арик трагически оборвалась жизнь шести юных бойцов ЦАХАЛа.

Одним из них был Бени, сын Маргариты и Юрия Кикисов. За неделю до гибели ему исполнилось двадцать лет… Тогда я познакомилась с Ритой и Юрием. Я пришла в их дом на следующий день после окончания траурной недели, завершался февраль. Помню до сих пор, как невыносимо тяжело было смотреть в глаза этой женщине, которая рассказывала о своем мальчике, свежей ране в душе…



Время так скоротечно, и после кровавого нападения на КПП Эйн-Арик было еще много жертв других террористических актов. И мы вздыхаем, когда читаем о них в газете, сопереживаем и идем дальше. Боль остается в семье. Та боль, от которой не помогают никакие лекарства, не спасают психологи, не выручают поездки и встречи с друзьями. Боль - это большая и черная ночь отца и матери, которая продолжается пятнадцать лет, и не будет ей конца.

Это была обычная дружная семья. Мама, папа, два сына. Бени был младше первенца Арье на десять лет и он стал первым "саброй" в семье Кикисов, выходцев из Украины. Общие семейные будни и праздники, общие планы на будущее... Рита каждый вечер перед сном получала от сына сообщение, что у него все в порядке. Просто несколько коротких фраз, которые мог успеть послать боец своей маме, зная, как она волнуется за него.



Все оборвалось в один миг, когда Бени не стало. Опустел дом, заполненный бессонницей и тишиной, тоской и болью. Номер Бенечки больше не высвечивался на экране мобильника…

Я вернулась в этот дом спустя пять лет. И обнаружила разительные перемены. Но в первую очередь я спросила Риту:

- Как вы прожили эти пять лет?

И она очень тихо ответила:

- Это для вас прошли пять лет, а у меня годы остановились в тот день, девятнадцатого февраля, и наступила ночь.

Рите все еще слышится тот стук в дверь. Чужие люди в военной форме, принесшие в их уютный дом весть о непоправимой беде. В нее невозможно было поверить. Ее мальчик, ее Бенюшка… Она качала его и пела ему колыбельные, они вместе читали книжки. Ей даже не надо было быть строгой мамой, потому что рос Бени послушным, любящим мальчиком, и вырос хорошим юношей.

Только однажды, когда Бени мог снизить военный профиль по медицинским показателям, он не согласился и пошел служить в боевые войска. Так поступают настоящие мужчины. Так же он поступил и в свой последний отпуск. Вернее, отпуск был вынужденным, так как Бени сломал правую руку. Когда его выписали в армию, рука еще болела. Но он сказал: Если я не вернусь на базу, то кто-то из-за меня не сможет выйти в отпуск".

Отец отвез его на железнодорожную станцию. В последний раз.

Душевную боль ничем не унять. Но нынче у Риты и Юры занятость до предела. Они - вновь молодые мама и папа, причем на двойную ставку. Почти тринадцать лет назад в семье Кикис родились близнецы, которые заполнили все жизненное пространство родителей.

Это было трудное решение, к которому шли они долгой дорогой бессонных ночей и раздумий: как жить дальше? Как приходить в дом без Него, не ждать Его звонка, как вытирать пыль в Его комнате и знать, что Он больше никогда не прикоснется к своим дискам, книгам… Рита и Юра возвращались с работы, а в доме была пустота…

Когда я приехала к Рите и Юрию десять лет назад, то, конечно, мы коснулись этой темы…

Тогда Рита рассказала мне: "Каждый человек живет в своем горе по-своему. Кто-то отправляется в кругосветное путешествие, чтобы исполнить мечту погибшего сына, кто-то отключается от внешнего мира и замыкается в себе. Мы продолжили общение с друзьями, но оно было очень трудным. Когда кто-то в компании говорил о детях, мне казалось так естественно вспомнить о Бенюшке, рассказать какие-то мелочи из его детства. И в эту минуту я видела лица своих знакомых. Их словно облили ледяной водой. Наверное, им казалось невозможным, то, что я так просто о нем говорю. Но ведь в моих мыслях Бенюшка остается моим сыном.

И вот однажды я сказала мужу, что нам нужно завести ребенка. Я долго думала об этом, перед тем как произнесла эти слова вслух.

Я знала, что Юра предложит заняться усыновлением, и знала, что это не для нас. В нашем возрасте нам не разрешат усыновить младенца, а заняться воспитанием уже сформировавшегося ребенка у меня не было никаких душевных сил. Выход был один - рожать".

Рите тогда уже исполнилось пятьдесят два года. Время работало не в ее пользу. Несколько врачей сразу дали отрицательный ответ. Но это не могло остановить ее. Она обратилась к известному в Израиле специалисту в области искусственного оплодотворения, профессору Машиаху.

Изучив все медицинские показатели, он внимательно посмотрел на Риту и сказал: "Это возможно… Но это будет очень больно, будет стоить больших затрат и на это может уйти много времени".

Рита ответила ему: "Материальные затраты и боль - это мои проблемы. А времени у нас совсем нет".

Так наступила новая пора в жизни Риты и Юры. Целый год они шли к своей цели. Год тревог и ожидания. Пять попыток оплодотворения были неудачными. Когда они вновь ехали в тель-авивскую клинику, Юра сказал, что больше не может видеть, как она мучается и готов отказаться от задуманного. Но Рита не хотела отступать.

Удача сопутствовала им на шестой раз. О своей беременности Рита узнала 25 июля 2003 года. Это был необычный для них день. Раньше они ждали его с замиранием сердца. Именно в этот день Бени должен был окончить службу в армии…

Когда Юра пришел с работы, Рита сказала ему: "Сегодня Бенечка возвращается". Юра с непониманием посмотрел на нее. И тогда Рита рассказала ему, что ждет ребенка. Рита говорит, что в первую очередь они поехали к Бенюшке, чтобы доложить обстановку. Там они могут говорить с сыном обо всем…

Эта беременность стоила ей огромных сил. Почти полный постельный режим, ежедневные уколы, которые она, опытная медсестра, делала себе сама. Постоянная эквилибристика между страхом потерять и надеждой победить.

Она победила, и наградой за победу ей стали два очаровательных малыша: сын и дочь. Девочку назвали Рони, а мальчика - Нив. В этом имени сохранились все буквы имени Бени.

"Я чувствовала, что у меня будет сын. Иначе не могло быть, - говорит Рита, - а Рони - это большой сюрприз и большой подарок, приготовленный нам судьбой".

Нив старше Рони на целую минуту и родился он с внушительной разницей в весе. Они дружно не спали все ночи. И теперь для бессонных ночей у Риты и Юры была еще одна причина. Им обоим приходилось каждую ночь успокаивать одновременно плачущих малышей.

Я спросила Риту, как окружающие приняли ее решение вновь стать мамой. "Это не могло быть темой для обсуждения, - сказала Рита. - это было мое решение, поддержанное моим мужем. И никто не смог бы на него повлиять".



У Риты и Юры и сегодня непростые будни. Все свободное время занимают близнецы, а на сердце постоянная боль за сына.

"Я чувствую, что мое состояние - это некая раздвоенность, - рассказывала мне Рита, когда мы встретились спустя пять лет после гибели Бени - Утром я, Маргарет, которая спешит на работу и которая все время думает, что она еще не успела сделать для Бени. А вечером словно надевается другая маска. Я играю с детьми, танцую с ними, стараюсь вести себя как любая другая мама малышей. Мне только очень трудно ставить им диски с песнями композитора Узи Хитмана. Это были любимые детские песни Бени".

С тех пор прошло еще десять лет. И вновь я - гостья в уютном доме семьи Кикис. О том, что пробежало так немало лет, в первую очередь можно понять, увидев Рони и Нива. Им скоро по тринадцать. Это значит, что Роничка в прошлом году отметила бат-мицву, а у Нива церемония бар-мицвы будет в этом марте.



Они смешливы и непосредственны, как и все подростки в их возрасте. Они научились плавать раньше, чем ходить, потому что, как рассказывает Рита, в младенчестве замолкали только в воде.

Они - большие друзья. То есть между собой могут и поссориться, но перед всем белым светом ни за что не дадут друг друга в обиду. И еще - они замечательно танцуют, с раннего детства Рони и Нив серьезно занимаются бальными танцами, и Рита гордится их достижениями. Я смотрю фотографии и любуюсь вместе с ней девичьей грациозностью Рони и статной фигурой Нива. А сколько наград принес в дом этот танцевальный дуэт!



Они не похожи между собой, и в то же время так много между ними общего, в улыбке, во взглядах. Даже ответы на вопросы совпадают. Я спросила Рони, какой у нее любимый предмет в школе, а затем, задала тот же вопрос Ниву, которого ранее не было в комнате. И оба, отдельно друг от друга ответили, что всем предметам предпочитают математику и английский язык.

Рита и сегодня оберегает детей от лишних вопросов по поводу старшего брата, она старается огородить их от горя, которое носит в сердце уже пятнадцать лет.

Даже в школу дети ездят в другой конец города, ей так легче, не нужно постоянно заходить в ворота школы, где учился Бени. Однажды дети приняли участие в церемонии памяти, и Рита видела, как тяжело им было в тот вечер…

Я бывала в разных семьях, где сохраняют память об ушедшем сыне–воине. Очень часто комната парня становится маленьким музеем его памяти. Родители в ней сохраняют все, как было до его ухода…У каждого свой выбор. А комната Бени – яркая и живая, как и должна быть комната тринадцатилетнего подростка. Это - комната Нива, его кровать, компьютер, медали, полученные на соревнованиях. Есть только полка в шкафу, где до сих пор лежат Беничкины вещи, свитера, футболки, и навесной шкаф над письменным столом, в котором хранится все, что связано со старшим братом…



Когда дети были маленькие, Рита объяснила им, что есть у них два брата, Арье и Бени. И что Бени оберегает их и нашу страну, где-то далеко-далеко. И малышей такой ответ долго удовлетворял.



Но однажды случилось непредвиденное. Риту попросили стать героиней телесюжета для израильского Второго канала. С тех пор, как у нее появились близнецы, тему позднего материнства очень часто в прессе связывают с ней. И не напрасно. Ее пример, ее решительность в достижении цели послужили примером многим мамам, оказавшимся в подобной горестной ситуации.

Спустя два года в семье Оксман, потерявшей в том же теракте сына Мишу, родилась малышка Мишель. А еще спустя два года у Елены и Михаила Кажданов, родителей Кирилла Каждана, погибшего во время второй Ливанской войны, родился сын Марк. Сегодня Рони, Нив, Мишель и Марк чувствуют себя одной семьей, родители встречаются, везут детей вместе в отпуск. У них кровное братство, говорит Рита.

Но вернемся к телесюжету Второго канала. В тот день ведущий Игаль Моско приехал в Кармиэль, снял нужные ему кадры, затем продолжил съемки на дне рождения Мишель, где собрались все дети и родители. Получился очень трогательный сюжет. И Рита попросила его демонстрировать передачу на экране после девяти часов вечера, когда дети ложатся спать.

Но оказалось, что не все дети ложатся спать рано. Когда в следующий раз шестилетняя Роничка пришла в кружок бальных танцев, одна из девочек сказала ей: "Ты все время врешь, что твой брат охраняет страну и тебя. А он умер…"

Можно представить реакцию маленького ребенка на эти слова. Роничка оказалась мудрой мужественной девочкой в такой непростой ситуации, но с тех пор Рита не дает интервью израильской прессе, сделав исключение лишь для нашей встречи.

Нет, она, конечно, не обычная мама двенадцатилетних подростков. Запас ее боли неисчерпаем.



И чувство утраты останется навсегда с Ритой и Юрой. Но они смогли подарить жизнь двум замечательным ребятам, любящим и любимым, занявшим все временное пространство жизни родителей.

"Они не должны расти в тени памяти своего брата, это невозможно, - говорит Рита. - Я безумно благодарна моим детям, за то, что они у меня есть. И самое главное, они должны всегда понимать, что появились на свет по одной единственной причине: мы очень хотели и ждали их. Они – это они!"


* * *

Бени Кикис похоронен на военном участке кармиэльского кладбища. Над его могилой строгое надгробье, ничего лишнего, как и подобает воину, не вернувшемуся из боя. Только небольшой скульптурный фрагмент: две руки держат незащищенное бронзовое сердце, и слова из известной израильской песни "Латет":

"Отдать душу и сердце,

Отдать…"

Продолжением этого куплета является строка: "Отдать, когда ты любишь…"



И ежедневно, в любую погоду, там горит свеча, которую зажигают мама и отец. Каждый день...


authorАвтор: Лина Городецкая

израильская журналистка