x
channel 9
Автор: Ольга Бирман Фото: 9 Канал

Яков Кедми: преждевременные итоги года

"Мы участвовали в этой войне, но при этом не имели никакого влияния на ход событий. Мы никак не могли повлиять ни на то, как она идет, ни на то сколько будет длиться, ни на то, чем закончится. Сначала мы думали, что если сейчас побомбим ХАМАС, то они быстро испугаются и сдадутся, потом, когда этого не случилось мы перенесли все внимание на туннели и ввели войска. Объявить, как это сделал Нетаньяху, что туннели — это стратегическая опасность, это ниже всякого приемлемого уровня, я бы сказал, что это уже медицинский случай". Интервью с Яковом Кедми.

Брать интервью у Якова Кедми — задача одновременно и очень сложная, и очень простая. Простая — потому что собеседник отвечает на поставленный вопрос продуманно и обстоятельно, называет вещи своими именами и говорит языком простым и "смачным" — счастье любого журналиста. Сложно — потому, что если этот человек решил что-то сказать, то сбить его с пути не представляется возможным, дополнительные вопросы даже задавать не стоит — не поможет. То есть я, конечно, пыталась, несмотря ни на что… но в итоге все равно, по большей части, слушала и записывала.

Тема, о которой мы договорились побеседовать — итоги уходящего еврейского 5775 года.

— Хотя все, конечно, взаимосвязано, я бы подводил итоги в разных областях нашей жизни отдельно. Для начала возьмем политику. Тут особенно много не изменилось — все главные игроки на этой арене остались верны себе. Но можно отметить несколько интересных моментов.

Во-первых, обострилось противостояние внутри партии Ликуд. Я имею в виду тот факт, что противники Нетаниягу стали действовать активнее, многим из них удалось продвинуться вперед на политическом поле. В результате, они сумели создать довольно сильную оппозицию Биби справа. Чем это кончится, я не знаю, но похоже, что конфликт вышел на новый уровень.

Партия Авода в очередной раз сменила своего руководителя и им неожиданно стал Бужи Герцог. Это поубавило истерики внутри партии, но добавило ли это шансов партии в целом, сказать сегодня сложно. У нас же вообще в этом смысле все работает "от противного" — партии обычно набирают вес не за счет собственной силы, а за счет слабости конкурентов. То есть для того чтобы партия победила, не нужно, чтобы там было все хорошо — нужно, чтобы у противника все было еще хуже.

Еще один интересный момент — закончился медовый месяц в паре Либерман — Нетаниягу. Либерман видел в Ликуде партию, которая может стать для него ступенькой на пути к посту премьер-министра. Но для этого сначала этой партией нужно было овладеть, подчинить ее. Это ему не удалось. Внутри Ликуда появилось сильное сопротивление. Многие в партии решили, что они "сами с усами", и такой сценарий их не устраивает. Они стали действовать против Либермана всеми возможными способами — приличными и не очень, и в итоге привели к тому, что Либерман вынужден был ретироваться.

Теперь в области экономики. Главным событием, я считаю, можно назвать тот факт, что наш самый образованный член правительства решил, что он уже вышел наконец из юношеского возраста и пора надеть галстук. Это единственное, что он изменил в израильское экономике с того момента, как он находится на своем посту. Теперь он выглядит как настоящий министр.

— А чего он не сделал, в том числе того, что с вашей точки зрения должен был сделать?

— Ну, "что нужно было сделать" и как можно помочь нашей экономике — это тема для целого отдельного разговора, в итоги года этот разговор будет сложно втиснуть. Зато Яир Лапид вчера снова заявил, что все специалисты и советники в его министерстве ничего в экономике не смыслят. То есть это, конечно, тоже может быть, но для того, чтобы такое сказать, нужно чуть больше, чем надеть галстук.

Теперь, что касается происходящего в палестинской автономии. Однозначно, наиболее существенным событием я бы назвал создание правительства национального единства. Это правительство было создано под давлением Египта и не включало в себя ни одного члена ХАМАСа, что, однако, совершенно не помешало Биби использовать его как повод для срыва переговоров. Прямым следствием такого шага стало то, что наши отношения с США как на межгосударственном, так и на личном уровне достигли самой низкой точки за все последнее время. На моей памяти такого еще просто не было.

— А если говорить о происходящем внутри страны, на уровне улицы, настроений в обществе?

— На этом уровне можно отметить беспрецедентно высокую активность организации "Таг мехир". Такого тоже еще не было никогда.

А дальше все сорвалось. После того как несколько хамасовцев без санкции руководства похитили и убили трех израильских подростков, мы воспользовались этим и арестовали не только всех членов ХАМАСа на территориях, но также и практически всех, кто был выпущен в рамках сделки по освобождению Шалита. После этого три оголтелых фашиствующих еврея сожгли живьем арабского подростка. А потом ХАМАС — для того, чтобы решить свои финансовые и другие проблемы, начал обстреливать ракетами израильскую территорию.

— Как бы вы подытожили операцию Нерушимая скала?

— Ну, Биби же объявил недавно, что мы в очередной раз победили. Мы уничтожили около 1000 боевиков ХАМАСа, еще более 2 тысяч мирного населения и среди них 500-600 детей. На это нам понадобилось всего 50 дней.

На самом деле это была не операция, а нечто очень малопонятное. Сначала вообще не было заявлено никаких целей. Потом, после того как они уже были озвучены, мы их несколько раз меняли, чтобы привести в соответствие с тем, что происходит.

Мы участвовали в этой войне, но при этом не имели никакого влияния на ход событий. Мы никак не могли повлиять ни на то, как она идет, ни на то, сколько будет длиться, ни на то, чем закончится. Сначала мы думали, что если сейчас побомбим ХАМАС, то они быстро испугаются и сдадутся, потом, когда этого не случилось, мы перенесли все внимание на туннели и ввели войска.

Объявить, как это сделал Нетаньяху, что туннели — это стратегическая опасность, это ниже всякого приемлимого уровня, я бы сказал, что это уже медицинский
случай.

— Почему? Разве туннели не опасны?

— Опасны, конечно. Но есть такое понятие — стратегическая угроза, это значит — угроза существованию. Например, 100 вооруженных по последнему слову техники арабских дивизий — это стратегическая опасность. А пять небольших групп полубандитов — это опасность, конечно, но назвать ее стратегической…

Сейчас, во время прекращения огня было объявлено: мы победили. Но переговоры-то еще на даже не начались. Вот когда они закончатся — тогда и поговорим.
Чем они закончатся, предсказать пока сложно, но я думаю, что, скорее всего, люди Абу Мазена будут назначены представителями власти в Газе. При этом я совершенно точно знаю, что сегодня Израиль первый (конечно, сразу после Катара и Турции), кто заинтересован в том, чтобы ХАМАС устоял. Вот такая победа.

- Спасибо большое за содержательный рассказ, надеюсь, нам удастся в будущем побеседовать о том, что в рамки этого разговора "втиснуть" не удалось.


Оригинал публикации

Автор: Ольга Бирман





Комментарии для сайта Cackle