Публицистика

Большая политика местного значения: Израиль в преддверии муниципальных выборов
 
Автор: Владимир (Зеэв) Ханин

Большая политика местного значения: Израиль в преддверии муниципальных выборов

Почти годичный политический марафон в Израиле, начало которому положил пришедшийся на прошлое лето пик общественной дискуссии вокруг «закона Таля», за которым последовали правительственный кризис, досрочные парламентские выборы, формирование нового кабинета министров и все связанные с ним перипетии, похоже, заканчивается. Остается (почти гарантированное) утверждение Кнессетом бюджета на 2013 и 2014 годы. После этого прежняя общенациональная повестка дня на этом этапе может считаться исчерпанной, и фокус общественного внимания явно переместится в две иные плоскости: на внешнеполитическую, в центре которой находится ситуация в Сирии и вокруг нее, и на менее заметную для внешнего мира, но оттого ничуть не менее важную для израильтян тему выборов в местные органы власти (мэров городов и глав и членов городских и региональных советов), которые должны состояться в октябре с.г.

Политический контекст
Хотя формально эта избирательная кампания еще не началась, активная подготовка к ней и соответствующая перегруппировка сил идет уже сейчас. Причина этой необычайно ранней активности кроется в нынешнем внутриполитическом контексте, который и придает данному событию дополнительную динамику. Первый момент — появление на партийно-политической арене страны как новых комбинаций «старых» (Ликуд–НДИ, «Еврейский дом»–«Национальное единство»), так и совершенно новых игроков (таких как «Есть будущее» и «Движение»).

В первом случае муниципальные выборы становятся своего рода показателем устойчивости этих блоков и «тестом» на долгосрочность союза входящих в них партий. Еще критичнее нынешние муниципальные выборы для упомянутых новых политических игроков, ибо по их итогам станет ясно, являются ли такие партии, как «Еш атид», ярким, но одноразовым политическим событием. Либо, получив серьезную муниципальную базу, имеют шанс избежать судьбы всех израильских центристских партий — политических проектов на одну, максимум две каденции. Так что в этом смысле нынешние местные выборы в Израиле являются прямым продолжением недавно завершившихся выборов в Кнессет 19-го созыва.

Вторым важным обстоятельством является медленно, но верно идущий в Израиле процесс реформирования политической системы: усилия по более четкому разделению властей, сокращению и «профессионализации» правительства, а также очевидная тенденция передавать «на места» ряд видов текущей административно-распорядительной деятельности, позволив правительству и кнессету сосредоточиться на законотворчестве и решении стратегических задач национального значения.

Показательно, что уже в прошлую каденцию Кнессета и правительства целый ряд центральных ведомств, непосредственно обращенных к населению страны (соцобеспечения, строительства, туризма и особенно Министерство абсорбции), весьма и весьма существенную часть своих проектов стремились реализовать через муниципалитеты, передав им соответствующие полномочия и бюджеты.

Понятно, что в свете готовящихся правительством серьезных бюджетных сокращений, призванных сохранить нынешний сравнительно низкий уровень безработицы и неплохие, по сравнению с Европой и США, темпы экономического роста, равно как и политики децентрализации власти и либерализации рынка в целом, роль муниципалитетов в сохранении качества жизни населения должна будет резко вырасти. А с ней — и политический вес, авторитет и возможности их руководителей, которые становятся «первым адресом» для получения услуг в сфере образования, строительства, культуры, досуга и т.д.

Не случайно, что сложившаяся за последние полвека практика муниципальной деятельности как «трамплина» в высшие сферы политики сегодня дополнена усиливающейся встречной тенденцией движения политиков национального уровня в сферу местной власти. Похоже, что число руководителей парламентских комиссий и фракций, гендиректоров министерств и госкомпаний, бывших генералов и дипломатов высокого ранга, которые намерены побороться на нынешних муниципальных выборах за посты мэров и председателей региональных советов, будет одним из наибольших за последние два десятилетия.

Наконец, в свете отмеченных обстоятельств нетрудно предположить, что и без того весьма и весьма значительная роль секторально-общинного фактора в муниципальной политике будет на этот раз особенно высока. Именно общинная солидарность и поддержка «своих» лидеров будут ультимативным фактором доступа к муниципальным ресурсам, которые в нынешней непростой ситуации можно будет использовать на проекты, социально и экономически значимые для того или иного сектора. Причем список этих секторов на этот раз также может быть длиннее, чем обычно.
Помимо «традиционных» групп — арабов, выходцев из восточных еврейских общин («мизрахим») и ультраортодоксов ("харедим"), на рынке местной политики будут явно более заметны, например, религиозные сионисты, очевидно заинтересованные закрепить свой феноменальный успех на выборах в кнессет также и на муниципальном уровне. Там будут и так называемые "новые харедим", которые намерены побороться за места в городских советах под лозунгом того, что их интересуют не только бюджеты ешив, детские пособия и борьба против призыва «харедим» в ЦАХАЛ, но и вопросы трудоустройства, современного образования и прекращения дискриминации работодателями женщин.

Представители некоторых ранее разрозненных репатриантских общин, как, например, выходцы из Франции и Бельгии, также намерены выдвинуть свои «секторальные» списки в некоторых из тех городов (Нетания, Ашдод, Иерусалим, Тель-Авив, Хайфа, Раанана), где проживают более 70% франкоязычных репатриантов 60-х – 2000-х гг.

«Русский» выбор
Понятно, что почти миллионная община выходцев из бывшего СССР и ее лидеры вряд ли пожелают быть чужими «на этом празднике жизни». Разумеется, в случае, если политическая апатия, характерная для русскоязычных избирателей на прошедших в январе с.г. выборах в кнессет (участие в которых приняли менее 60% против почти 70% выходцев из СССР и СНГ в 2009 г.), не распространится и на местные выборы. Впрочем, муниципальная политика имеет свои общинные стимулы. Так, как показали наши прошлые исследования, в отличие от общенациональных выборов, где сторонников различных вариантов продвижения «русских» политических интересов можно найти среди избирателей одних и тех же партий, на муниципальных выборах чаще всего все еще наблюдается достаточно четкая связь сторонников «секторальной», «комбинированной» и «общенациональной» моделей голосования со специфическими списками.

Например, опрос русскоязычных жителей Ашдода (традиционного «оплота» «русской» общинной политики в Израиле), проведенный накануне прошлых муниципальных выборов, показал, что примерно треть опрошенных считали необходимым для репатриантов из бывшего СССР голосовать за партию, которая представляет их специфические интересы. Чуть более 40% тогда считали, что правильно было бы голосовать за общегородской список, в котором присутствует сильное «русское» крыло. И еще около четверти респондентов полагали, что репатрианты «более не испытывают нужды ни в каком специальном представительстве ни на городском, ни на общенациональном уровне». Примерно тот же расклад был характерен и для других городов Израиля.

Показательно, однако, что при всех возможностях общинно-политической мобилизации и нередко вполне впечатляющих успехах «русских» списков на местных выборах, статус русскоязычной общины на вершине муниципальной пирамиды пока остается достаточно скромным. За 15 лет, прошедших после первого выхода «русских» на муниципальную арену в качестве самостоятельной силы в 1998 году, лишь четверо представителей общины, составляющей более 19% израильских избирателей, становились мэрами и не более дюжины — первыми вице-мэрами своих городов. Это странно в свете высокой концентрации русскоязычных репатриантов как в тех израильских городах, где они представлены крупными по численности общинами (от 40 до более 60 тысяч человек), так и в тех городах, где русскоязычные репатрианты составляют более пятой части населения, включая восемь городов (Ашдод, Бат-Ям, Ашкелон, Кирьят-Ям, Арад, Маалот-Таршиха, Сдерот и Кацрин), где их доля в населении превышает треть, и два города (Ариэль и Нацрат-Илит), где их доля составляет уже 40%.

Как можно заметить, лишь два из десяти городов с высокой долей русскоязычных репатриантов когда-либо возглавляли «русские» израильтяне (нынешний мэр Арада Тали Плосков и первый глава местного совета Ариэля в 1981–1985 гг. Яков Файтельсон). А в категории городов с крупнейшими репатриантскими общинами таковых не было вообще.
Чем это можно объяснить? Вероятно, тем, что они были и остаются достаточно расколотыми на партийные, социально-экономические и субобщинные группы, что усложняет конкуренцию с более сплоченными фракциями «старожилов», лидеры которых контролируют десятилетиями отработанный механизм политического влияния и манипулирования группами интересов в своих городах. Не похоже, что эта картина радикально изменится и на ближайших выборах, хотя список городов, во главе которых по итогам муниципальной кампании 2013 г. могут стать «русские» израильтяне, возможно, окажется несколько длиннее. Например, по оценкам наблюдателей, хороший шанс возглавить город Кацрин имеет Дмитрий Апарцев, недавно ушедший с пост гендиректора Министерства абсорбции для того, чтобы побороться за пост мэра этой важной для страны в символическом и стратегическом смысле столицы Голанских высот.

Не менее интересна ситуация в другом символически важном для репатриантов из бывшего СССР городе Нацрат (Нацерет)-Илит (Верхний Назарет), где русскоязычные горожане составляют, как отмечалось, порядка 40% населения, образуя таким образом крупнейшую общину этого более чем 50-тысячного города. Еще 40% населения города образуют представители других еврейских общин, среди которых выделяются выходцы и потомки выходцев из стран Северной Африки (в основном Марокко), Румынии и более мелкие группы выходцев из других стран ашкеназской диаспоры. Наконец, значительную и растущую категорию населения Нацрат-Илита (почти 20%) составляют арабы, которые в последние годы особенно активно переселяются в этот ранее практически целиком еврейский город из соседних Назарета (Нацерета) и арабских деревень Галилеи.

При первом взгляде на этот «этнополитический» расклад, напрашивается мысль, что русскоязычный израильтянин не возглавляет этот город исключительно в силу какого-то недоразумения или особенно неблагоприятного стечения обстоятельств. Усилия в этом смысле действительно предпринимались. Так, дважды, в перерыве между исполнением должностей главы аппарата Министерства абсорбции и Министерства информации и диаспоры, за пост мэра Нацрат-Илита безуспешно боролся Ронен Плот. Его неудача была связана с тем, что его не поддержали ни основная масса «старожилов», ни многие русскоязычные горожане, которые предпочли в 2008 г. его соперника — потомка выходцев из Румынии Шмуэля Габсу. Особого единства в общине не было и на параллельно проходящих выборах в городской совет Нацрат-Илита, где за симпатии русскоязычных горожан боролся целый ряд остро конкурирующих друг с другом секторальных и «общегородских с русским акцентом» списков. Причем это жесткое, с «переходом на личности» и многочисленными интригами противостояние различных фракций «русского Нацрат-Илита» продолжалось и после выборов.

Справедливости ради заметим, что ситуация в русскоязычной общине в этом смысле не была и не является уникальной. Столь же глубоки противоречия среди ашкеназских «старожилов» и столь же остра конкуренция за власть и ресурсы между членами объединенных сложной сетью родственных, дружеских и деловых отношений группировок внутри сообщества выходцев из стран Магриба. Парадоксальным образом, выиграли от всего этого местные арабы, без лидеров которых оказалось невозможным формирование в муниципалитете устойчивой правящей коалиции, чем эти лидеры не замедлили воспользоваться. Не удивительно, что за прошедшие с прошлых муниципальных выборов пять лет демографический, экономический, и, соответственно, политический вес арабской общины города значительно вырос, а с ним возросли и трения с еврейским большинством.

Раздражение характером сложившихся в городе отношений между евреями и арабами и оттоком из города еврейского населения и молодежи заняли, соответственно, второе–четвертое место (после дефицита в городе рабочих мест) в рейтинге первоочередных проблем, которые, согласно опросу общественного мнения горожан, проведенному в феврале 2013 г. агентством «Шваким-Панорама», должны быть в центре внимания городской администрации. Дежурное журналистское клише: «высокая степень ксенофобии и межобщинных конфликтов является неизбежным спутником застарелых социально-экономических проблем городов периферии», в этом случае почти не работает. Если бы это было так, то столь же высокий, если не больший (как это неоднократно случалось в бывших и нынешних «городах развития») уровень конфликтности должен был бы иметь место и во взаимоотношениях репатриантов и старожилов. Однако наличие такого явления в качестве первоочередной проблемы отметили менее 1% респондентов в целом по выборке, причем среди «русских» горожан этого не сделал никто.

Проще предположить, что «протестный» потенциал неудовлетворенных социально-экономической и этнокультурной ситуацией в Нацрат-Илите горожан никуда не делся. Но если в 2008 г. это протестное голосование обеспечило победу, с большим отрывом от конкурентов, Шмуэлю Габсу, то сегодня оно может сработать в пользу его конкурентов. Менее 20% респондентов упомянутого исследования «Шваким-Панорама» заявили, что они «с высокой» или «очень высокой» степенью вероятности вновь поддержат действующего мэра. Чуть более четверти (27,4%) — что такая вероятность не очень высока, и более половины (51%) утверждали, что шансы на то, что они поддержат Шмуэля Габсу на выборах, отсутствуют или крайне низки.

Наиболее сильным соперником действующего мэра считается уроженка г. Черновцы, представительница «русской алии 80-х» Лия Шемтов, в прошлом (2004–2006) — заместитель мэра Нацрат-Илита, а затем депутат Кнессета от партии «Наш дом — Израиль» (НДИ) 17-го и 18-го созыва. Хотя, как отмечают местные наблюдатели, Лии Шемтов почти восемь лет «не было в городе» (что, впрочем, в условиях «протестного голосования» может как раз сыграть в ее пользу), она весьма эффективно отработала прежнюю каденцию в качестве председателя Комиссии по алие и абсорбции, а затем — зампредседателя Кнессета, что дает ей в глазах избирателей немалый кредит.

Понятно, что до муниципальных выборов в Израиле еще почти пять месяцев, и на этом пути может быть еще масса сюрпризов как на общегородской, так и на «русской» общинной политической арене. Ясно, что ни действующие мэры, ни их конкуренты не будут сидеть сложа руки, и потому расклад может быть многовариантным. Но как бы то ни было, только граждане израильских городов смогут определить кандидатуру того, кто лучше других сможет в этот непростой период решать массу имеющихся в их населенных пунктах крайне сложных проблем. За них этот выбор, понятно, не сделает никто.
________________________________________
Статья перепечатана с сайта Института Ближнего Востока: http://www.iimes.ru
Адрес страницы: http://www.iimes.ru/?p=17601

9tv.co.il

Автор статьи Все статьи автора
Владимир (Зеэв) Ханин


Подробнее >>
Правила публикации комментариев






 

Интервью

 



 

Лента Новостей