channel 9
Автор: Ксения Светлова Фото:ZMAN.com

В порядке исключения: куда завела египтянина любовь к ивриту

Любовь египтянина к ивриту дорого ему обошлась

Гость нашей сегодняшней программы - Хуссейн Абу-Бакер, в прошлом житель Каира, ныне житель Лос-Анджелеса.

В детстве у Хуссейна была одна довольно необычная мечта. Он хотел выучить иврит. Эта мечта сбылась, и теперь Хуссейн читает Шая Агнона на языке оригинала, не нуждаясь в словаре. Правда, его хобби чуть не стоило ему свободы.

Режим Хосни Мубарака не терпел инакомыслия, а в пост-революционном Египте любителю иврита просто не нашлось места.

- Добрый вечер или скорее доброе утро, Хуссейн! Как ты начал учить иврит?

- В Египте это очень трудно, потому что книг особо не достать, но сейчас все можно найти в интернете. Когда я учился в средней школе, я настолько влюбился в иврит, что решил, что это мой шанс. Я просмотрел несколько интернет-сайтов на иврите, просто влюбился в этот язык и хотел изучать его, поэтому пошел учить иврит в университет, и на сегодняшний день у меня первая академическая степень по ивриту.

- С каким отношением ты сталкивался, когда начал изучать язык?

- С самыми разными. Бывает, тебя спрашивают, что ты изучаешь или что хочешь изучать, а ты говоришь "иврит", и тогда никто не понимает, с какой стати ты это учишь, кому нужны эти уроды израильтяне. Поначалу всегда так, было очень нелегко. Даже после того, как я прочитал много книг ипобывал в академическом центре, становилось лишь труднее. Службы безопасности меня допрашивали – дескать, почему я изучаю иврит, откуда у меня такой хороший иврит. Было нелегко. Когда изучаешь культуру другого народа – твоего врага, это немного меняет твое мнение, ты становишься более гуманным, это тебя сближает с этим народом, поэтому уже начинаешь ненавидеть его меньше, а то и вовсе перестаешь ненавидеть. Ты начинаешь больше его понимать, - и уже не испытываешь ненависти по отношению к Израилю, к иудаизму и всему иному. А в арабском мире с этим большие проблемы: если ты не придерживаешься того же мнения об Израиле, что и другие, если ты не особо веришь в справедливость арабской борьбы против сионизма и Израиля, может возникнуть немало проблем.

- А как реагировала твоя семья?

- Поскольку за свою жизнь делаешь немало безумных вещей, они об этом сначала особо не думали, но потом начались проблемы – например, когда служба безопасности начала допрашивать меня и даже моего отца. Для них это было слишком большой неожиданностью, но они ничего не могли с этим поделать. Я делал то, что хотел, и из-за этого у меня было немало проблем с семьей, но главное для меня было заниматься тем, что я люблю, и учить то, что я люблю, вот и все.

- Изменилось ли отношение к Израилю после революции?

- Вы знаете, израильтян никогда особо не жаловали, так что в этом плане не многое изменилось. Это важная часть арабской культуры – ненависть по отношению к Израилю, к евреям. Это неотъемлемый компонент арабской культуры. Просто во время режима Мубарака в Египте все это происходило втихаря, ненависть старались не особо подчеркивать, но на сегодняшний день проблема в том, что все это получило развитие. Например, первое, что было сделано после революции – это митинг поддержки во имя Палестины и против Израиля с требованием освободить Палестину. Потом мы видели, что они устроили возле посольства в Каире - это напоминает то, что произошло после революции в Иране. Это проблема, которая начинает разрастаться, эти чувства испытывали годами, просто не давали им волю, не думали об этом, но сейчас мы видим проявление всей этой ненависти, и это может создать немало проблем. Нам известно, что нынешнее положение в Египте отличается от того, что было до революции. Это подстегнуло немало людей к действиям, о которых они раньше лишь мечтали. Не знаю, что сейчас происходит в Египте, какие планы у фундаменталистских групп, поэтому ситуация может осложниться.

- Думал ли ты, что так все обернется во время революции?

- В момент революции этого не видишь. Когда происходит революция, начинаешь об этом задумываться, появляется лидер революционного движения, - и начинаешь видеть то, что хочешь видеть, видишь то, во что веришь. Тогда-то и начинаешь задумываться о том, что происходит. Именно это и произошло вовремя революции. Вначале я об этом не думал, - напротив, считал, что это начало новой эры, нового строя, что теперь у нас будет справедливое демократическое государство, что если мы станем свободными, то у людей появится больше возможностей, будет развитие нашей культуры, но этого не произошло. И вовсе не из-за революции – имидж египетского государства изменился, но само государство осталось тем же. Режим Мубарака боялся революции, а когда она началась, фундаменталисты и "Братья-мусульмане" создали государству новый образ, чтобы сохранить существование самого государства. На деле мы видим, что сегодня Египет остается всё тем же государством, в котором нет места социальной справедливости, где все погрязло в коррупции. Но самая большая проблема в том, что мусульмане-фундаменталисты и вправду правят государством, и это представляет колоссальную угрозу, как для египетского общества, так и для египетских соседей.

- Хотел бы ты посетить Израиль?

- Конечно, хотел бы, еще как! Я всю жизнь изучал израильскую культуру, читал романы и книги, знаю о Тель-Авиве, Хайфе и Иерусалиме. Это моя мечта - посетить когда-нибудь Израиль, у меня там много друзей, которых я хотел бы видеть, побывать в гостях у их семей, так что, разумеется, я об этом мечтаю. Надеюсь, придет день, и я посещу Израиль.

- Спасибо!

Автор: Ксения Светлова

Арабист, журналист, кандидат в депутаты Кнессета от партии "ха-Тнуа"

ВИДЕО

Загружается видео-плейер...